В эпоху стремительной цифровизации театральное искусство переживает собственную технологическую метаморфозу. Сценическое пространство, веками остававшееся территорией художественного вдохновения, сегодня превращается в комплексную высокотехнологичную экосистему, где инженерная мысль идет в ногу с творческим замыслом. О невидимой зрителю, но критически важной технологической инфраструктуре современных театров мы беседуем с признанным экспертом отрасли. О сетевых технологиях, IP-инфраструктуре, лючках подключения и возрасте проводов мы говорим с руководителем проектов компании Constage Иваном Горюновым. 

LSN: Иван, добрый день! Чем работа интегратора постановочного комплекса отличается от работы любого другого интегратора? Может ли интегратор, специализирующийся, например, на корпоративном секторе выполнить переоснащение театрального зала?

Иван Горюнов: Добрый день. Полагаю, что нет, не сможет. Как и в обратную сторону. Современные театры становятся очень технологичными. Развитие идет настолько быстро, что если сегодня мы откроем проект 10-15-летней давности, то, скорее всего, найдем там оборудование, о существовании которого многие уже забыли…

LSN: Например… 

И.Г.: Например, кто сегодня помнит о технологиях записи видео и аудио на CD? Светодиоды произвели революцию в области технологий цветосмешения, сетевые технологии практически не оставили места аналоговым линиям как в звуке, так и в видео-цехе и т.д. Концепция «All-Over-IP» (полный переход всех систем на IP-протоколы) — 10 лет назад мы только начинали об этом задумываться, сегодня это уже практическая сторона нашей повседневной деятельности.

И тут возникает важный момент: технический директор театра, руководители служб и цехов не обязаны следить за развитием технологий. Они работают с тем, что есть. А вот проектировщик, интегратор, должен подумать о том, как долго не устареет оборудование, предлагаемое в новом проекте. Более того, не будем забывать, что мы говорим о сумме технологий, а не о какой-то одной. О том, как эти технологии будут взаимодействовать между собой, не будут ли они мешать друг другу — на все эти вопросы нужно ответить на стадии проектирования. 

При этом у любого проекта есть бюджет, который обязательно возвращает технолога на землю. И тут возникает еще один важный момент: как добиться максимальной пользы от вложенных средств? Они ведь не бесконечны…

Я часто сталкиваюсь с ситуацией, когда заказчик в театре говорит: «Мы хотим самое современное оборудование». Но суть в том, что «самое современное» не всегда означает «самое подходящее». Задача интегратора — найти баланс между инновационностью, надежностью и удобством эксплуатации. Театр — это живой организм, где технологии должны быть максимально незаметны для зрителя, но при этом обеспечивать все творческие замыслы режиссера.

Еще одна особенность театральных технологий — их выносливость. В отличие от корпоративного сектора, где оборудование работает в стандартном режиме, театральные системы должны выдерживать экстремальные нагрузки: от восьмичасовых репетиций до молниеносных смен декораций между сценами. Плюс к этому — вибрации, пыль, иногда влажность. Оборудование должно быть не просто качественным, а сверхнадежным, способным работать в режиме 24/7 долгие годы.

LSN: То есть, самое крутое оборудование не всегда самое нужное?

И.Г.: Разумеется. Тут очень важно идти от творческих задач, которые решает театр. Нет универсальных технологий, хотя вот задачи все чаще становятся универсальными. Многофункциональный зал — сегодня это очень распространенное определение. Но как он должен работать — однозначного ответа на этот вопрос нет. Да и не может быть.

LSN: И как быть, если универсального ответа нет?

И.Г.: Для начала нужно не просто собрать все «хотелки» театра, а понять, как привыкли работать люди в цехах, чего в их практике ни в коем случае нельзя трогать, а что нужно изменить. Например, сегодня на рынке представлено довольно большое количество микшерных консолей. И вы не найдете двух одинаковых производителей. У каждого производителя свой подход к техпроцессу и каждый имеет своих адептов. Кому-то будет недостаточно Yamaha CL5, а кому-то обязательно захочется Allen-Heath, потому что ему нравится, как там организована работа с Dante. Одни пришли из проката и обожают DiGiCo, а другие уже мыслят категориями больших децентрализованных сетей и не понимают, почему компьютер с QLab обязательно должен стоять на пульте и запускаться по MIDI, как 30 лет назад, если современные консоли позволяют запускать стороннее ПО прямо с сенсорного экрана микшерного пульта, как это делает любой сисадмин с вашим компьютером через удаленный рабочий стол.

LSN: И грамотный интегратор может выловить все эти «несоответствия»?

И.Г.: В идеале да. В идеале интегратор должен еще до начала строительства уметь прочитать проект… 

LSN: Вроде того, как дирижер читает партитуру или режиссер сценарий прежде чем собирать музыкантов и актеров? 

И.Г.: Вроде того… Прочитать проект, понять, увидеть все несостыковки, недоработки, несоответствия. Проконсультироваться со специалистами из каждой области: все ли учтено? Лючки, переходники, кабельные сходы, пульты управления, уровни шума, конфликты оборудования, каналы коммуникации, подставки, держатели для микрофонов, сами микрофоны, типы, модели, сроки поставки, а сейчас еще и санкционные риски… Очень, очень много информации. Из этого и строится наша уникальная экспертиза. Но, ты знаешь, имея опыт, можно не только увидеть несоответствия, но и сказать, кто был консультантом проекта (смеется).

LSN: Это уже похоже на детектив. Что ты имеешь в виду?

И.Г.: Очень просто. Сегодня довольно часто театры приглашают консультантов, например, из проката. В прокате работают замечательные специалисты, у которых огромная, каждодневная практика. Но! В наше время театр все дальше уходит в технологиях от обычного концерта. И это нужно понимать.

Взять, к примеру, опять же, микшерные консоли. В прокате звукорежиссера волнует количество входов. В современном театре же, например, очень важно количество суммирующих шин, поскольку любой современный театр – это всегда распределенная система звукоусиления, часто иммерсивная, и за каждым громкоговорителем (а их может быть не один десяток) мы должны управлять по отдельности. В концертной практике никто и никогда не формирует собственный микс для каждого громкоговорителя. В пространственном звуке театра — это типовая задача. Этим занимаются дорогостоящие иммерсивные процессоры.

Даже если мы говорим о больших фестивалях, где одновременно работает несколько сцен, у звукорежиссера никогда не возникает задачи объединить все сцены в одно целое. В современном театре такие задачи возникают постоянно. Репетиции идут в репетиционном зале, именно там отрабатываются не только постановочные, драматические, но и технологические моменты, а затем вся постановка должна быть перенесена на главную сцену. А еще есть студии звукозаписи, видеостудии, все чаще спектакли транслируют в интернет…

Но, на самом деле, можно и не погружаться в такие сложности. Сказать о том, что проектом руководит человек из проката часто можно даже по расположению лючков, как они запроектированы.

LSN: Даже так?

И.Г.: Разумеется. По одному этому аспекту можно сказать, предусмотрено ли размещение и подключение оркестра на сцене. Ограничены ли драматические актеры в передвижении. Как расположены звуковые системы. Что будет, если актер выйдет на край сцены, возникнет ли обратная связь с микрофоном? И так далее. Современный заказчик все чаще ориентируется на многофункциональные залы, следовательно интегратор должен точно понимать, как работает тот или иной жанр. Как работает драматический театр, а как мюзикл. И это мы так, ориентировочно говорим о новой площадке. А представь, что речь идет о переоснащении довольно, скажем так, пожилого здания, где возможности реконструкции, мягко говоря, ограничены архитектурными решениями. И вот тут начинается совершенно другой детектив. Ты видишь провода и понимаешь по их цвету, в каком, примерно, году они были проложены.

LSN: В смысле?

И.Г.: Белый провод со временем желтеет, а затем становится коричневым. По этому цвету можно определить его возраст…

LSN: То есть, ты можешь прочитать технологическую историю театра по цвету проводов словно лесоруб по годовым кольцам дерева?

И.Г.: Можно и так сказать.

LSN: Вот тут, наверное, самое время вернуться к первому вопросу нашего интервью: чем отличается интегратор мультимедийного и постановочного оборудования? Какой тут может быть ответ? Всем?

И.Г.: Точно. Всем (смеется).

LSN: Иван, а ты сам ходишь на спектакли? Мне кажется, если мы с тобой пойдем на один и тот же спектакль, мы увидим совершенно разное… У тебя бывает такое, что ты приходишь в зал, видишь акустические системы, которые словно грозди, нарастали на порталах сцены десятилетиями и думаешь что-то типа: «Ну елки палки, можно же по-другому…»

И.Г.: Постоянно. Если честно, я уже не помню, когда мне удавалось последний раз сосредоточиться непосредственно на сюжете, а не на технологических аспектах. Такая профессиональная деформация.

LSN: Ну и, пожалуй, последний вопрос. Насколько актуален в этой сфере институт консалтинга и как быстро он развивается?

И.Г.: Актуален очень. Развивается. Но хотелось бы быстрее. И тут я бы отметил такой аспект. У нас есть замечательные специалисты. Специалисты по звуку, свету… Но кто из них ведет, например, собственный веб-сайт, куда аккуратно заносит все свои проекты? Вроде бы это ни к чему, но, когда в проекте встречаются два мнения, заказчику часто очень сложно понять, к какому мнению лучше прислушаться. Как заказчику понять, у кого больше опыта? В проектах какого уровня человек привык работать? Где его бэкграунд, в прокате или театре? Он привык работать на поп-сцене или с опереттой и мюзиклами? Поэтому институт консалтинга развивается, но его нужно еще и оформлять соответствующим образом, чтобы заказчику было проще ориентироваться в огромном количестве предлагаемых решений.

LSN: Иван, спасибо большое за столь содержательное интервью.

И.Г.: Спасибо, вам.

Беседовал Александр Хорев